Я резко прикрикнула, испугавшись, что у него начнется истерика.
— Гман, ты его знаешь?
— Это… Это… Тирм!
— Это его имя или что?
— Так называют его народ. И их земли начинаются в десяти днях от наших.
Я сама чуть не охнула — Гман попался в двух днях пути от того места, где в первый раз обнаружил проклятый круг, а этот тирм — в десяти. И круг продолжает хватать всё живое…
Я коротко рассказала Холсу слова Гмана, но тот почти не удивился. Похоже, он уже смирился с неминуемым, и мыслями был где-то далеко-далеко. Разве что очень внимательно осмотрел тирма.
— Всё, больше нам здесь делать нечего. Уходим.
Ещё бы год назад я бы наверное подумала, что надо остаться, попытаться помогать беспомощным пришлым, но… сегодня я увидела слишком много. Одного, десяток мы ещё можем взять с собой, но каждая минута задержки здесь могла обернуться смертью уже для нашего отряда, и… я ничего не сказала.
После увиденного у проклятого круга обратную дорогу можно было бы сравнить с лёгкой прогулкой. Возвращались мы тем же путем, пробиваться сквозь заросли больше не надо. Защиту я держала уже автоматически, почти не задумываясь, и мы просто шли, шли, шли…
Ни единого слова сверх необходимого. Ладно я, женщина, впечатлительная от природы, но и солдаты, не болтливые и до этого, теперь вообще не желали разговаривать. Мрачные, задумчивые. Я узнала о сути кругов всего несколько дней назад, а их, наверное, этими кругами пугали с детства. И теперь они собственными глазами увидели начало этого апокалипсиса. Не знаю, присвоила ли какая местная религия монополию на этот ужас, но теперь, наверное, каждый решал — что делать дальше. Каяться в грехах, бежать, сражаться до последнего?
А что теперь делать мне? Бежать? Куда? И что мне это даст, если и в самом деле начнётся настоящее нашествие и захлестнёт весь этот мир? Сражаться? За кого и почему? Этот мир чужой для меня, и если я кого и пожалею, то только потому, что… просто пожалею. Сбежать в другой мир, пока не поздно? Уйти в джунгли, бродить там, в надежде наткнуться на новый проклятый круг? И сколько я так буду бродить? А в это время вокруг меня… Перед глазами возникло зрелище мертвых тел, нос словно снова наполнился смрадом гниющих тел, и я сразу переставила этот вариант в самый конец списка возможных решений. Как самый крайний вариант.
Земли Туманов не стали нас удерживать, и ничего интересного с нами больше не случилось. Заночевали на прежнем месте (на холме), но у меня даже не мелькнуло мысли обыскать остатки кладоискателей, чтобы найти карту с неведомым кладом. Подумаешь, какие-то кости. Скоро вокруг их будет… по колено и выше. Я уже начала верить в подобное.
И Змеиный проход оказался свободным. Голые камни и ничего более. Я попыталась найти хоть какие-то следы, даже прикладывала руки к камням, но не почувствовала ни малейшего отклика, словно общение с непонятным разумом было всего лишь моей фантазий. Такой доброй и хорошей по сравнению с тем, что нас ожидало очень скоро…
Вид крепости тоже радовал недолго. Невольно подумала, что как хорошо было бы сейчас улечься в ванной, налить шампуней и лежать, лежать, наслаждаясь чистотой и покоем. Но стоило увидеть часовых у ворот, и мечты сразу рассеялись. Вздохнув, повернула к своей палатке, так и стоящей у края леса. Солдаты, всю дорогу шедшие за мной, послушным хвостиком потянулись следом. Когда подошли к палатке, и я со вздохом облегчения уселась на землю, Холс задал свой любимый вопрос:
— Натис, что случилось?
— У ворот часовые. Гмана в крепость не пустят, и теперь это будет правильно. А одного я его не брошу, поэтому останусь здесь.
— Если он сдаст оружие, то его поместят в карантин, и никто не тронет. Да и вопросов к нему теперь будет очень много.
— Зачем нам мучить друг друга подозрениями? Лучше уж мы останемся здесь, а в гости тут идти совсем недалеко.
Холс слушал внимательно, словно я говорила непонятные вещи на непонятном языке, но решение принял быстро. Оглянулся на крепость, словно прикидывал расстояние, затем повернулся к обступившим нас солдатам.
— Оставить Натис всю воду. Продуктов на пару дней и десять одеял.
Солдаты переглянулись, но приказ выполнили молча.
— Вперед!
Пятнадцать минут, и отряд уже скрылся в крепости.
Я постояла ещё немного, но больше ничего интересного не предвиделось. Надо жить дальше. Хотя, что для меня «дальше»? Сколько я ни пурхаюсь, но моё нынешнее положение нисколько не лучше, чем в первый день, когда я попала в этот мир. Разве что иллюзий изрядно поубавилось. Ни кола, ни двора, ни надежд хоть на какое-то улучшение в будущем. Ученица мага? Пустой звук, да и нужна я Холсу только на время и для выполнения конкретных задач. Вот и сейчас — попользовался во время похода в Земли Туманов и бросил, оставив еды на пару дней. Ооочень щедрая оплата…
Внутри заплескалась обида, но я себя одернула — по-бабски это. Сама же поставила невыполнимое условие разрешить Гману гулять по крепости с оружием, и сама же обижаюсь. На что? Холс поступил как и должен был, сейчас не до сантиментов и сюсюканий. Гман за всё время не дал ни единого повода подозревать его в чем-либо, но вскоре сюда могут прийти его сородичи, и никто не даст гарантии, что он будет смотреть на происходящее спокойно и непредвзято. И появление в крепости даже предположительного вооруженного шпиона (или даже диверсанта) — на такое даже я бы теперь не рискнула. Что уж говорить о людях, по долгу службы обязанных относиться с подозрением к любому пришлому, вышедшему из леса. Так что всё правильно.
Одежда вызывала отвращение своим запахом. К запаху пота, дыма костров, грязи я давно привыкла, но теперь мне везде начал мерещиться смрад мертвых тел. Отвратительный, страшный, он почему-то становился всё сильнее и словно лип к телу, обволакивая меня со всех сторон. Помыться, срочно, прямо сейчас.
Солдаты оставили нам целых пять контейнеров для воды. Контейнеры — это я уже сама придумала, так как и не удосужилась узнать правильное местное название. Бурдюк (или мешок) из гладкой кожи емкостью, наверное, ведра на три. Таскали их в некоем подобии станкового рюкзака с оплёткой. Именно таскали, потому что я такой рюкзак просто не подниму. На жаре, в коже, вода быстро приобретала специфический вкус. Пить, за неимением лучшего, можно, и в походе для нас она была спасением, но теперь я не собиралась её экономить. Ещё бы придумать, как её на себя вылить. Наклонять, лить в ладошку, и одной рукой умываться? Хорошо бы, если бы кто-то этот контейнер поднял и лил воду на меня сверху… Я невольно посмотрела на Гмана — для него это было бы запросто. Но как я буду мыться при нём? Сказать, чтобы закрыл глаза и не смотрел?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
